pegas_2013 (pegas_2013) wrote in i_future,
pegas_2013
pegas_2013
i_future

«Фильм Про. Экспертиза»: Исследуем «Гравитацию» с героем-космонавтом Мусой Манаровым

«Гравитация» - лидер американского кинопроката, в России эту картину посмотрело чуть менее двух миллионов человек. Фильм Альфонсо Куарона, зрелищную ленту об астронавтах, оставшихся в открытом космосе, многие нашли лучшим в текущем году. Редакция «Фильм Про» провела анализ этой картины с точки зрения научного правдоподобия: поискала несостыковки в стыковках и расстыковках. В качестве эксперта выступил Герой СССР, полковник Муса Манаров, лётчик-космонавт, установивший рекорд пребывания на орбите. В 1987-88 годах он пробыл на космической станции «Мир» 365 дней и 23 часа.


Лётчик-космонавт Муса Манаров, Герой СССР


Невесомость и виды

Отметим сразу, что фильм Манарову понравился. По его словам, впервые зритель может получить такое полное впечатление о пребывании на орбите, то есть там, где нет ни верха, ни низа, ни притяжения, ни чего-то, за что можно уцепиться.

По его словам, невесомость в картине Куарона выглядит точь-в-точь, как она выглядит на самом деле. Вернее, в «Гравитации», в отличие от других картин, незаметно, что она не настоящая. Манаров полагает, что компьютер, рассчитывавший графику, работал по коэффициентам, описывавшим реальное движение в пространстве, и работа научного консультанта колоссальная.

Также Манаров остался доволен видами Земли.

"Ночной Каир, Сицилия, тени облаков, северное сияние — словно снова побывал там. Только вот немного неясно, в какую сторону вращаются космонавты: должны с запада на восток, а в картине вроде бы в обе стороны. Ну и на дневной стороне витка всё же не видно звёзд — отражение солнечного света от земной поверхности слишком яркое."

В общем и целом графику и операторскую работу Манаров оценил высоко, хотя сразу подчеркнул: то, что сделали инженеры, отвечавшие за визуализацию, следует рассматривать отдельно от того, что написали сценаристы. К техническим ошибкам в сценарии профессионал может придраться легко.






Орбиты и скорости

Сюжетообразующим событием фильма служит взрыв русского спутника, обломки которого, проносясь с гигантской скоростью по орбите, несут разрушение и смерть.

И дело даже не в том, что лишние спутники давно и довольно успешно уничтожаются с Земли без особых последствий. Главное, что обломки русского спутника вообще вряд ли бы смогли долететь до Хаббла и американского шаттла — по крайней мере, за такой короткий срок, как показано в фильме.

Хаббл вращается вокруг Земли с наклонением орбиты в 28,5º (от экватора) — сделано это для того, чтобы максимизировать время, которое он проводит над территорией США. Шаттл «Эксплорер» висит под этим же углом. Русские спутники запускаются с иным наклонением, большим по значению, для аналогичной цели: чтобы они подольше висели над Родиной. Обломки российского спутника могут пересечься с орбитой шаттла, но точно не сразу и не через полтора часа.

После того, как шаттл героев приходит в негодность из-за осколков, они решают искать убежища в МКС, которая будто бы находится неподалёку. Однако МКС была построена с наклонением орбиты в 51,6º — эту уступку американцы сделали русским, так как мы запускаем туда «Союзы» с космонавтами. Шаттлы тоже летают с таким наклонением, но только когда им что-то надо на МКС — но они-то ремонтировали Хаббл. Манаров смеётся:

"В кино космос похож на шоссе — едешь, а мимо тебя Макдоналдс, КФС, и так далее. Такого, конечно, не бывает".

Про китайскую станцию, к которой на «Союзе» от МКС долетает героиня, и говорить нечего: их «Тяньгун» вращается с наклонением в 42,78º, то есть совсем не там, где МКС и Хаббл.



Масса и ускорение

Ещё одно крупнейшее несовпадение, по словам Манарова, в том, что космонавты двигаются слишком быстро и резко. Сам космонавт обладает массой 80-90 кг, скафандр — примерно такой же, ещё сотню даёт масса реактивного ранца (о нём мы скажем ниже). И если космонавт разгонит 200-300 кг, он не сможет так просто остановиться, схватившись за поручень: масса-то никуда не девается. Поэтому космонавты двигаются чрезвычайно плавно, стараясь избегать резких движений.

"Если бы кинокосмонавты действительно прыгали «с ветки на ветку», как белки, никаких осколков в реальности и не понадобилось бы: они бы сами разворотили весь свой корабль".

Как рассказал Манаров, космонавту нужно постоянно контролировать свои движения, чтобы ненароком не сломать хрупкую космическую технику, или не улететь в безвоздушную бездну. Более того, особой свободы движения они не располагают: «поддутый» скафандр, то есть наполненный газом, так «удобен», что, например, усилие, требуемое для сжатия ладони в кулак, сравнимо по усилию с сжатием эспандера. Попробуй поймай другого космонавта или поручень такой перчаткой!



Пот и бельё

Выход в открытый космос вовсе не загородная прогулка. Это тяжелая физическая работа. После такой нагрузки Райан Стоун, достигнув МКС и сняв с себя американский скафандр, никак не могла выглядеть такой свежей, как в фильме, играй ее хоть Сандра Буллок, хоть Леди Гага, хоть Хлоя Морец.

"Когда эта «мадам» сняла скафандр, она даже не вспотела. Из открытого космоса ты возвращаешься весь мокрый — из тебя выходит несколько литров воды. Если работаешь часов шесть, то твой влагосборник забит и вода повсюду: на лице, на стекле. И даже говорить не получается, потому что рот высох".

Более того, подтянутое тело Буллок под скафандром должно было быть облачено вовсе не в спортивное бельё. Как рассказал нам наш собеседник, скафандр, по сути, резиновый, поэтому надевается бельё длинное, до лодыжек и запястий. На белье надевается специальный костюм, пронизанный трубками с водой — система водяного охлаждения. За бортом космонавт находится, словно в термосе, и выделяемое им тепло специально нужно отводить и сбрасывать — в российских скафандрах это делает испаритель, специальный радиатор, через который циркулируется вода, охлаждая тело.

К этому стоит добавить и то, что волосы Буллок ведут себя в невесомости немного неправдоподобно, всё же довольно длинные, они должны парить свободно — а они у неё будто уложены.

Работа и баловство

Другим моментом, позабавившим Мусу Манарова, стало то, как обращается Мэтт Ковальски (командир экипажа, матёрый космический волк) с тем самым реактивным ранцем, с помощью которого он в начале фильма выделывает самые разнообразные кульбиты, а потом помогает своей коллеге добраться до МКС.

Этот ранец называется СПК (средство передвижения космонавта). На Мэтте Ковальски, судя по его репликам, СПК последней американской модели. Внешне он очень напоминает запущенный в 1994 году SAFER (Simplified Aid for EVA Rescue — Аппарат для спасения космонавта в открытом космосе облегчённый). Его назначение состоит в гарантированном возвращении астронавта к станции в случае отказа фала или чего-то в этом роде — то есть, его можно задействовать только во внештатной ситуации. За время эксплуатации SAFER его ни разу не использовали. В отличие от MMU (Manned Maneuvering Unit — Управляемый аппарат для маневрирования) — более громоздкого и универсального предшественника SAFER.

Во-первых, по словам Манарова, тяги и топлива не хватило бы на длительные перелёты, которые совершали герои картины. Во-вторых, даже для проведения «испытаний» никогда бы космонавту на орбите не позволили так резвиться, как герою Клуни, тратя топливо СПК для забавы.

"Каждый грамм, каждая атмосфера сжатого газа, доставленного в космос, стоит огромных денег — за которые спросят. Вообще так никогда не делается — на орбите не до баловства. График работы такой, что не знаешь иногда, как всё успеть".



А вот музыку настоящие космонавты, подобно герою Клуни, как раз слушают. Если попросят.

"У нас был однажды выход, когда мы на «Мире» были с французом Жан-Лу Кретьеном. Я ставил космонавтам, работавшим в открытом космосе, азербайджанскую инструментальную музыку. Но когда на станции мы были вдвоём, и вдвоём выходили в открытый космос, нам, конечно, было не до музыки. К тому же и в скафандре магнитофончика нет, и с Земли не передают музыку".

Союз и Шеньчжоу


Немного нелепым космонавт нашёл то, что в фильме пристыкованный к аварийной МКС «Союз» остался в целости и сохранности: «Всю станцию разнесло вдребезги, а «Союз» будто бронированный». Сомнение вызвало также и то, что Райан, пусть даже обучавшаяся работе с русскими «Союзами», смогла (по сценарию — с большим усилием) управлять китайским «Шеньчжоу», аппаратом, созданном на основе «Союза», но с абсолютно незнакомым интерфейсом.

К тому же даже при всём везении, просто так отстыковаться от МКС или «Тяьнгуна» нельзя: для этого недостаточно нажать на определённую кнопку. Для такой операции требуется наличие «признаков», набора условий, при которых сработает автоматика, а сигналы о начале операции машинам обычно подают с Земли. В противном случае можно было бы всю станцию расстыковать, неосторожно задев какой-нибудь тумблер ногой.

Американский скафандр, по мнению Манарова, в фильме похож на свой прототип. Российский — не очень. Очевидно, за основу был взят «Сокол», который в открытый космос не надевают.

"Как она могла в этом резиновом мешке выходить из «Союза», не очень понятно. Аварийный скафандр должен быть подключён к системе жизнеобеспечения, которая снабжает его воздухом — в эпизоде, когда Стоун пытается высвободить парашют, виден шланг. Но до «Тяньгуна» она добирается без подсоединения — это как пластиковый пакет на голову надеть".

Именно поэтому странным показался Манарову и момент, когда героиня Буллок, приводнившись, с таким трудом вылезает из реки: поддутый скафандр в реальности вылетает на поверхность, как резиновый мяч. Впрочем, вообще неясно, зачем она потопила «Шеньчжоу» — ведь логичнее открывать люк в крыше, а не в его борту. Но эти её действия можно объяснить начавшимся в аппарате пожаром.

Воздух и вакуум

В отличие от топлива для СПК, воздуха у космонавтов в скафандре хватает надолго, во всяком случае, на более длительное время, чем это было показано в фильме. Скорее умрёшь от перегрева или обезвоживания, чем от недостатка кислорода, хотя переизбыток выдыхаемой углекислоты тоже может убить — но О2 при этом в скафандре не закончится.

Странными Манарову показались и люки в «Гравитации». Они все как один открываются снаружи, словно специально для того, чтобы оставшиеся за бортом космонавты смогли попасть внутрь — на самом деле они должны открываться изнутри. Во-вторых, по крайней мере, раньше, они, как правило, распахивались только внутрь, чтобы гарантировать правильное шлюзование: если в камере оставалось положительное давление, её нельзя было разгерметизировать. Когда люки всё же стали распахиваться наружу, стало ясно, что неполное шлюзование при выходе может быть чревато последствиями:

"Помню, пришлось ремонтировать люк, который открыли, сохранив в шлюзе давление — около 100 мм. Ось петли, которая крепила люк со стержнем толщиной с палец, была погнута под внушительным углом".

Манаров предполагает, что если бы героиня Буллок открыла люк камеры с давлением, при котором живут космонавты, то есть, в 7,5 раз большем, то её бы просто унесло куда-нибудь на Луну, возможно, вместе с крышкой.

Человек и автомат

Манёвры Райан на огнетушителе, конечно, являются чистой воды вымыслом: так только Валл-И сумел бы. Но и полеты героини Буллок на «Союзе» и его китайском родственнике выглядят для космонавта не менее фантастическими. По утверждению Манарова, движение корабля при помощи двигателей мягкой посадки — это нонсенс. Они включаются за несколько метров до поверхности. Об этом упомянуто в фильме, однако Райан включает двигатели, «обманывая» бортовой компьютер: она вручную вводит в него высоту.

В реальности этот процесс происходит автоматически, без участия космонавта. В днище «Союза» установлен альтиметр «Кактус» на основе радиоактивного элемента: передатчик посылает гамма-луч, а приёмник, если фиксирует фотонное «эхо», включает автоматику.

При этом парашют «Шеньчжоу» раскрывается штатно, а вот у «Союза» — не вполне. Он вряд ли смог бы раскрыться на орбите сам и мешать движению. Парашют летательного аппарата «сидит» довольно глубоко под обшивкой, при этом он сначала выстреливается в виде туго свёрнутого рулона, а затем при помощи пиропатрона раскрывает купол.

Лётчик-космонавт Муса Манаров, Герой СССР на станции «Мир»


Отчаяние и ярость

Небольшая неточность, возможно, была допущена сценаристами в эпизоде, когда персонаж Буллок плачет в кабине «Союза» — ее слёзы красивыми шариками разлетаются по всему пространству аппарата.

"На самом деле в условиях невесомости жидкость липнет к лицу из-за поверхностного натяжения, оставаясь на нём в виде маски. Впрочем, слезу, наверное, можно сморгнуть — но я на орбите не плакал, так что сказать точно я не смогу".

А вот к изумительно красивой сцене летящих по станции шариков горящего газа у Манарова претензий нет: примерно так это и должно выглядеть. Газ разлетается в невесомости именно такими «облачками», а пламя спички похоже на шар. Пожар на станции также выглядит правдоподобным, «хотя взрыв был слишком силен, будто в неё накачали несколько тонн бензина».

В том, что Райан Стоун встала на ноги сразу по прибытию, космонавт не увидел противоречия. Обычно вернувшимся с орбиты «звездопроходцам» помогают наземные службы: к притяжению приходится привыкать заново, да и спуск не самая легкая для организма операция.

"Если героиня Буллок провела в невесомости не очень много времени (а в фильме говорится, что она на орбите всего неделю), она вполне могла бы встать на ноги по приземлении, то есть без особой реабилитации. Стоит учитывать ещё и то, в каком состоянии она была после своих приключений: на таком адреналиновом скачке человек способен на многие неожиданные подвиги".


Лётчик-космонавт Муса Манаров, Герой СССР, полковник в отставке


Словом, технических неточностей, вольностей и просто фантастических выдумок в фильме Куарона хватает, их можно перечислять довольно долго. На некоторые из них создатели пошли сознательно. Например, в реальности «забрала» шлемов скафандров снабжены светофильтрами, без которых люди в открытом космосе получали бы тяжелые ожоги не только лиц, но и роговицы. Из-за этих светофильтров лица космонавтов толком не видны — реализовать такое значило бы нарушить законы кино, да и какой тогда был бы смысл звать в фильм звёзд, Буллок и Клуни.

Однако вся техническая неправда не делает «Гравитацию» менее замечательной картиной. Показать космос так, как это сделал Куарон, доселе не удавалось никому. Такого же мнения придерживается и Муса Манаров, который считает, что этот фильм способен дать зрителю уникальный визуальный опыт. Всё равно же, по его признанию, заметить все недочёты фильма способны сходу очень немногие жители Земли — несколько сот космонавтов, несколько тысяч учёных и военных. Наверное, поэтому Манаров комментировал «Гравитацию» будто нехотя: было заметно, что ему очень понравилось это кино.


ссылка на источник

Tags: космос, развлечения, фильмы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments